Мы видим, как приходят столетия, в которых Христианство расширяется в пределах Европейского мира среди народов, которые как германские происходят из совсем других религиозных представлений, которые как народы есть одно, или по меньшей мере кажутся быть одно со своими религиозными представлениями и которые однако-же с полной силой приняли Христос-Импульс, как если он был их собственная жизнь. И если мы рассмотрим наидейственнейших веро-посланников в германских народах, были это схоластически-теологически образованные люди? Совсем и вообще нет! Это были те, которые с относительно-мерно примитивной Душой втягивались среди людей и в примитивном способе, с самыми всеближайшими, повседневнейшими представлениями говорили к людям, но непосредственно захватывали их сердца. Они понимали чтобы установить слова так, что они могли затронуть глубочайшие струны тех, к которым они говорили. Простые люди тянулись во все области, и прямо таковые действовали наизначимейше.

Так видим мы расширение Христианства через столетия насквозь. Затем, однако, удивляемся мы, как равно то же самое Христианство становится наизначимейшей ученостью, наукой и философией. Мы недооцениваем не эту философию, но сегодня желаем мы однажды обратить взор на то своеобразное явление, что Христианство расширяется вплоть до внутрь в Средневековье среди людей, которые вплоть доныне выносили в своей душевности совсем другие формы представлений, так что оно вскоре принадлежало их Душам. И в не вовсе отдаленном будущем будут подчеркивать еще некоторое другое, если будут говорить о расширении Христианства. Когда говорят о действенности Христианского импульса, можно стать легко понятым тогда, когда говорят о том, что в некое определенное время как бы плоды расширения Христианства показывают себя так, что можно сказать: из этого расширения Христианства исходило вдохновение. Но когда мы приходим в новые времена, здесь является приглушенным то, что мы насквозь через Средневековье могли рассматривать как расширяющееся Христианство.